Спеши, я еще здесь.

он стреляет в неё миллиардами слов и писем,
приезжает в столицу — она же сбегает из.
он не то, чтобы очень влюблён. он скорей зависим,
и от внутренней боли сползает по стенам вниз.

у неё что ни шаг - то меж рёбер ножи и камни.
у неё что ни жизнь - то идущий под воду рафт.
она плачет скрывающим крики во сне, рукам: "не..
не сказать ему правды - не выбрать из сотен правд".

у него - два часа до отъезда и двадцать гривень.
у неё - ничего на душе. за душой — гроши.
её насквозь пронзает звонок /будто кислый ливень/:
"если хочешь ещё быть счастливой - я здесь.
спеши".

Меня нет.

надеюсь,тебя всё устраивает?
если что,то меня нет.
дела хорошо,рада,что тебе "ясно",
зря написала привет.

глупо возвращаться в прошлое,
с воспоминаниями встречаться рассвет.
как ребёнок,болела тобой,
ты оставил во мне свой след.

любила/не любила не знаю,
для меня самой это секрет.
это странное чувство
и совсем не счастливый сюжет.

надеюсь,тебя всё устраивает?
если что,то меня нет.

когда...

я соберу себя по частям.
по осколкам склею.
научусь заново и любить, и верить.
ты только, пожалуйста, не приходи потом с клеем,
когда раны залижут другой и время.
когда перестану наивной быть, повзрослею.

когда внутри у меня отойдёт, отпустит и отболит,
когда твоё имя перестанет работать как динамит
в моей без того дурной голове,
подрывая спокойствие на корню.
когда я успокоюсь и залатаю свою броню.
когда стану считать тебя инородным,
человеком чужим извне.

когда захочется всё вернуть, повторив тысячи итераций -
помни:
в одну реку не входят дважды,
и только маятнику позволено колебаться.
и насколько бы это всё не казалось важным -
людям в исходную точку не следует возвращаться.

Всё тебе будет, и цветы и замуж позовет...

привет. я встретила мужчину.
и он, по ходу, не мудак. 
и не нужны ему причины,
чтоб позвонить мне просто так.

он обнимает очень нежно
и на прощанье целует в лоб.
и наша близость неизбежна.
он золотой без всяких проб.

он шлёт мне утром смс-ки
и каждый вечер перед сном.
его движения не резки.
живёт в «сейчас», а не в «потом».

вот, говорю тебе об этом,
и даже голос не дрожит.
он ненавидит сигареты.
в его словах ни капли лжи.

и он к друзьям не уезжает.
он вечно рядом. он со мной.
его ничто не раздражает
ни в жестах, ни во мне самой.

мы с ним по городу ночному.
мы вместе сутки напролёт.
и я нужна ему такому.
с тобой же - всё наоборот.

он пахнет dolce i gabbana,
и со щетиной не знаком,
и не тусит он в клубах пьяный,
и не приводит женщин в дом.

и я люблю его за это.
он только мой. а я - его.
тебе остались сигареты
и сладкий дым от ничего.

привет. я встретила мужчину.
тебе хотела вот сказать.
ответишь: «что за чертовщина?».
но мне, по ходу, наплевать.

Бьет по вискам эта зима...

этот февраль не оставит ни шанса выжить, 
лишь расстояние в пару шагов от края.
ветер срывает шапки/билборды/крыши -
ты же сама сорвешься к весне, родная,

ты же сама сломаешься к марту. просто
после зимы каждый третий несет потери,
стрелки часов умирают на цифре 'поздно'.
поздно не будет, ты слышишь? прошу, не верь им,

просто не верь, нарушая молчанье станций, 
щупая пульс на запястьях разбитых улиц.
это так глупо, что те, кто просил остаться,
вышли за хлебом и попросту не вернулись.

после зимы каждый третий, схватив простуду,
лечится алкоголем и кофе {верно}
бьет кулаками в стену, затем посуду,
чтобы на утро все это списать на нервы. 

чтобы терпеть, когда станет тошнить стихами, 
{лед под ногами становится только тоньше}
когда все трубки устанут дышать гудками
и абоненты не будут доступны больше. 

этот февраль не оставит ни шанса выжить,
двинет на красный и высадит на конечной.
минус семнадцать. ну тише, родная, тише.
мне говорили, что зимы не длятся вечно.

Зависимость есть.

мир меняет свои очертания с каждым вдохом,
превращаясь в табло "осторожно - убьет. не лезь".
когда любишь - живешь и неважно, насколько плохо,
убеждаясь - зависимость это уже
болезнь

В какой-то момент всё пошло не так...

почему не пишешь? я тебе надоела?
слишком много искренности
или не хватает время?
появилась девушка?
на работу устроился?
ты звони хотя бы,
помнишь мой номер-то?
или ненужных в записной книжке не оставляют?
наверное так это теперь называют.
я хочу все как раньше.
ты мне пишешь, я тебе отвечаю,
фильмы смотрим и как-будто бы вместе сидим на диване.

самое лучшее.

хватит пить кофе глотками нервными.
самые близкие - уходят первыми.
как эта фраза тебе не нравится.
самые лучшие - не возвращаются.

хватит бить стекла, звонить без устали.
если предательство - то искусное.
если случайно столкнетесь взглядами,
ты себя спросишь: "оно мне надо ли?"

хватит снотворного, боли, ярости.
самые близкие - так безжалостны.
хватит лелеять свою бессонницу.
самые лучшие - слишком помнятся.

Спасибо.

спасибо, что ты не рядом,
когда у меня проблемы.
спасибо, что ты приходишь,
когда у меня их нет.

спасибо, что чертишь взглядом
секретные наши схемы.
спасибо, что не находишь
причину сказать "привет".

только не сбиться бы...

наверное, так повторяют историю фауста.
когда вместо того, чтоб сидеть на игле августа,
коллекционируешь слова в целые тома.

посмотри, пожалуйста,
их как медуз в 400 миллионах океана,
до самого дна.
слов, как зрителей у мики-мауса,
как лавы у вулкана.
-

это трагедия, о которой говорил дюма:
*люди постигают чувством, но не могут охватить разумом*

дада.
это ерунда.
письма к стенам, которые я пишу, выбрасывают птицы из окна,
как стаканчики одноразовые.

если бы слова были облака,
я бы кормила ими этих птиц.
своими фразами,
драгоценными камнями разными.
растоптанными камнями моей жизни,
камазами расстеленных по асфальту,
дешёвыми стразами блестящими,
царапающими алмазами-язвами
рыб.
тех самых,
которые там, в снег и гром,
плавают за левым ребром,
с глазами красными.

у меня много этих камней.
я бы поделилась с голодными птицами.
я бы поделилась.
я бы.
собрала их,
спрятала б за поясницей.
-

только бы рыбам с такта не сбиться.
только б не сбиться.

(с) Агата Овл

сегодня мне больно.

И пусть сегодня мне очень больно,
Зато вчера мне было очень хорошо…
И пусть сегодня мне очень больно,
Была б возможность-повторила бы еще.

И хоть сегодня сердце и разбито,
Зато вчера безмерно счастлива была.
Неважно, что душа уже закрыта,
Когда вчера в твоих объятиях жила.

И пусть те раны, что оставлены тобою,
Еще совсем не скоро заживут.
Любовь свою от лишних взоров скрою,
Совсем немногие меня сейчас поймут.

Не отрицаю, что она приносит муку,
Однако о прошедших днях я не жалею.
Но лишь теперь я чувствую разлуку…
Мне холодно, озноб… тобой болею…

«Когда мы одиноки, нам хочется найти правильного человека, чтобы засыпать с ним и просыпаться, но мы все такие суки, что, получив это, начинаем хотеть чего-то другого.» 

Паша Воля

в какой момент....

В какой момент я перестала верить?
В какой момент мне стало все равно
Уходите? Прошу, закройте двери,
А то сквозит в открытое окно!
Прошу к столу и раздавайте карты,
Я знаю этот прикуп наперед,
В какой момент я перестала быть азартной?
С какой поры в игре мне не везет?
Пиковый туз, червовая девятка,
Десятка крест и, может быть, валет...
И каждый твой подарок - это взятка!!!
И искренности в чувствах больше нет...
Глаза в глаза, минута напряженья,
Коснутся пальцы грубого сукна,
Уходите? Боитесь пораженья?
Закройте дверь, мне дует из окна!
Порывом ветра разбросает карты,
И мы не выясним, кто мог сорвать Джек Пот...
Ведь ты играл без явного азарта,
А я по принципу "а может повезет"...

Юлия Олефир

Милая, как так, расскажи?!

он несерьезный. как ты живешь с ним, милая?
он тебя заставляет быть с ним, наверно, силою?
ты от него хоть слышала это «я тебя тоже»?
он безразличен. это тебя тревожит? 

ты погибаешь, не видишь? вон глубокие шрамы,
это ведь катастрофа. это похлеще драмы.
милая, просыпайся, хватит тонуть во лжи,
будь для себя. с ним наконец завяжи.

он хоть тобой дорожит? ты в нем точно уверена?
знаю и верю: раньше, как он – немерено.
чем же тебя приманил? ты от него пьяна,
милая, знай, его словам грош цена.

он бесполезен. смеется, как только умеют черти,
он нехороший. жаждет твоей лишь смерти.
он вставляет в живот, сутулую спину ножи,
как ты живешь с ним, милая, расскажи?!

чип и дейл.

да люди не живут же - им бы чаще поломать трагедию,
пожаловаться на нехватку времени,торча
всё в интернете. а взрослых нет -
есть,получается,стареющие дети,
не читавшие и книги,но глаголют о булгакове и фете,
маленькая,ты там как?да я нормально,в энергетиках.
потому что завтра надо сдать несчастную фонетику,
а то ты мне прости,конечно, - я с руки,моя патетика.
ночью подгрузило,и ни разу не помогут медики.
опять мало конкретики.я слишком часто падаю.
прикинь,как время ветрено – вот уж и не наш ноябрь.
а ты опять за главного,а я отвык за бабами,
как-то незаметно для меня ты стала фабулой.
(и ещё та песня жеки “знаешь,как это?”)
бармен,неси бензин,пусть я тут и похож на сильного.
классно захерачили с тобой похлеще кинга мы.
опять я много думаю – крыша,не грузи меня,
вася,ты вези меня и не тормози-ка,а.
меня так кроет без тебя,и я уже совсем не тот.
но ты же много чувствуешь вот этого вот ничего.
прикинь,тебя везде однообразно даже пишет ворд.
я понял фишку,точно:ьда ты же кристен стюарт.
ты прости за то,что жёстко,может,и за то,что так публично.
по большому счёту просто по-другому не услышишь.
в той гостиной,может,пахнет всё ещё твоим парфюмом.
я слабее,если честно,чем мой вечный взрослый юмор
ты с кем-то засыпаешь - засыпаю заживо твоих козлов.
жаль лишь подсознательно,а так-то хорошо пошло.
опять залип я на тебя,листая фотографии.
пора бы думать,что там модного писать на эпитафии.
как жаль,что уже не свожу я тебя в дельфинарий,
что в кино не ходили,на заднем ряду никому не мешали.
я,кстати,сейчас бы поднял за тебя пару тостов.
только,это,прости,старший брат свёз наш старенький тостер.
это когда чипу с дейлом нужна-таки гайка.
когда чип наебал,говоря,что дейл ему нужен.
друг без друга – отлично типа.шеф,наливай-ка.
чип,да ты игорь крутой,но не игорь.незаслуженный же.
если бы ты знала,как хочу вернуть наш август.
и я,может быть,приеду,чтобы просто в город твой.
ты ногами в мою голову,но сны – дурацкий ракурс.
там мы в такси звонили,говорили,что пойдём пешком.
а я погряз в сарказме
весь,что,собственно,спасало,и
ты мне прекратила верить.так запиши меня в ответчики.
а я тут словно хатико.(забыл,тебе же похуй,блин)
ганс андерсен – сказочник?
а кто тогда ты?

я тебя несчастный глагол на букву л

и даже если я пожалею об этих словах,
ведь я никому их не говорила,
но они пульсируют в мышцах, жилах, висках
так сильно, что кровь застыла.

и мой внутренний голос рвется наружу,
крича под тысячу децибел.
ты так хотел это
так вот слушай:
я тебя л.

увозят милых корабли,
уводит их дорога белая.
и стон стоит вдоль всей земли.
"мой милый, что тебе я сделала?"

©Марина Цветаева.

не огорчай молчаньем.

не искушайте женщину молчаньем.
ту женщину, что любит Вас всерьез.
она не ждет банальных обещаний,
шампанского, конфет, шикарных роз.

за чередою пыльных откровений
и виртуозностью избитых фраз
достаточно простых прикосновений,
колодца теплых добродушных глаз.

когда же время или расстоянье
вас разлучит дыханием забот,
не огорчайте женщину молчаньем.
ту женщину, которая Вас ждет.

наплевала на свои слова.

она обещала себе больше ему не писать
каждый день завершался жестким падением на кровать
каждый день начинался с парочки косяков
каждый день проходил с мыслями «он просто еще не готов»

и черт его знает, к чему она мысленно его подготавливала
вычерчивала ему шаблоны, напоминания в виде тех вещей, что когда-то ему оставила:
сереневенькую зубную и позолоченную для волос щетку
кое-что из нижнего белья, туфельки для чечетки
пару плохо зарифмованных стихов
с почерком нечетким
и такой неаккуратный шов

на его рубашке в клеточку

она обещала себе ему не писать, бедная деточка
и она не писала. но в каждом письме для Деда Мороза под новый год
она умоляла: «пусть это будет его кровать, пусть он приедет и заберет»

и так вот целых 15 лет, и так вот из года в год
не менялось одно:

она так и не смогла узнать, где Дед Мороз живет
и куда отправлять письма...

однажды от нас уезжают... а дальше, вы знаете сами.

слушай, слушай, это же глупо – вот так надраться, чтоб всё посметь.
с вечера в сердце мерцает золото, утром в башке звенит только медь.
если вечно с изнанки ноет, а с лицевой ещё можно терпеть -
это не жизнь, Тэйми, это такая смерть.

просто однажды от нас уезжают, уходят, и с кем-то живут далеко
самые наши любимые –
падают в прошлое, как в молоко.
и больше оттуда ни звука, ни строчки, ни слова - вообще, ничего!
ты живёшь потом, а в тебе дыра – величиной с тебя самого.
иногда ты в неё смотришь и думаешь: ого!..

слушай, Тэйми, ведь мы потому так легко проживаем друг друга насквозь,
что ныряем потом в эти дыры, и думаем: ладно, опять не срослось.
не срослось, понимаешь…
а в сущности, что там срастётся, что?
если мы изнутри простреляны в три обоймы, как решето.

небеса нависают над нами, как анестезиологи, как врачи,
хочешь – плачь или пой, или смейся,
хочешь - стиснув зубы, молчи.
нас сошьют патефонными иглами, в нас проденут такие лучи,
что за этой тонкой материей мир подмены не различит.

ампутация прошлого, Тэйми, ампутация и - культя…
знаешь, что самое странное?.. Что нас и таких хотят.
золотые, бесценные люди к нам приходят, стучатся, звонят.
к нам бредут, как по минному полю, тянут руки сквозь наши печали
к нам - холодным, пустынным, выжженным…

ну давай мы с тобой выживем!
нас почти уже залатали.

(с) Елена Касьян

голос то ли прокурен, то ли
простужен.
мы видимся редко с теми, кто нам
действительно нужен.

мама, он вновь сказал, что нам нельзя быть вместе.
он опустил мою ладонь.
ну неужели, мама, мне не стать его невестой?
я ведь за ним и в воду и в огонь.

Попробовать стоит...

мы испытываем светлые чувства
к тем, кто в общем то их не достоин.
а потом на душе как-то грустно.
но а всё же попробовать стоит.

стоит взвесить все "за" и "против",
что давно уже колят в спину.
для меня ты просто наркотик,
вот, за что я тебя полюбила.

мы увидимся месяца через три,
проведем время так, что лучше не бывает, немного выпьем и расстанемся счастливыми как всегда
чтобы на следующий день мне снова было грустно, а тебе - не до вчерашнего.

Ему так и скажи!

Когда умолкнут за окном машины
Иссякнет дел насущных кавардак
Заглянет Прошлое, сутуля спину
И виновато спросит: «Ну ты как?»

А как я? Да откуда же я знаю?
День прожит. И надеюсь, что не зря.
Все реже плачу, лучше засыпаю...
Работа, дом, зовут к себе друзья...

Вот только по ночам так мерзнут руки
Не находя привычного тепла
И утром чайник мается от скуки
Ворчит двум кружкам: «Чай не налила».

И зеркало глядит с немым вопросом
Оно привыкло видеть нас двоих
Тускнея, ни о чем оно не спросит
Лишь профиль мой легонько задрожит.

Не жизнь, а просто сахарная вата.
Все хорошо. Ему так и скажи!
И улыбнись, ведь ты не виновато.
Ты знаешь, Прошлое, давай дружить!

я тебе никогда и не снилась.
без меня тебе крепче спалось.
я к тебе в сердце бабочкой билась.
только места мне там не нашлось.

Слишком поздно бывает.

она пишет ему: "привет,как дела,послушай,
тут обещали, что скоро мне станет лучше.
может быть, встретимся как-нибудь, сходим в суши"
он выключает мобильный, ложится спать.

она пишет: "привет,а снег побелил столицу.
а тут интересно - сменяются дни и лица,
и знаешь, приходится многому научиться."
он в клубе с друзьями гуляет. молчит опять.

она пишет: "привет. сегодня гуляла в парке.
боялась замерзнуть, но знаешь - мне даже жарко.
и кстати, на новый год - ты дождись подарка"
почтальон его дома не застает.

она пишет ему: "привет. я решила - хватит.
я держусь, но уж ты извини - иногда накатит,
и по памяти старой пишу,и всегда некстати."
он читает и понимает наоборот.

она пишет: "прощай. ты знаешь, я так устала.
я люблю тебя, только ведь это - ничтожно мало
так что ты не волнуйся, я просто тебе сказала."
он на кухне сидит, задумавшись, до утра.

утром пишет: "привет,извини, что пишу так поздно,
или рано... не знаю. послушай, а ты серьезно?"
она рано выходит, садится на первый поезд,
выключает мобильный. пора бы уже. пора.

он звонит ей весь день, но она не снимает трубку.
"абонент недоступен". минутку, еще минутку
он срывается с места, за дверью накинув куртку.
в страхе худшего сердце так глухо стучит в ребро.

а над городом звезды в ночной тишине танцуют,
страх её потерять поступает почти в плотную.

он находит её, замерзшую, но живую
ранним утром. на лавочке. у метро.

Блядей ценят больше...увы.

Идёт принцесса, обходит лужи
Спешит принцесса готовить ужин.
Придёт на кухню, поставит кофе
Дела принцессы не так и плохи.
Закурит в кресле - увы, привычка,
Печально глядя на пламя спички.
Две чашки кофе потом, и книга
И снова вечер короче мига.
Погасит лампу - свою подругу
На службу завтра и вновь - по кругу.
Мерцает светом вечерний город,
Идёт принцесса, шагает гордо.
Ничья - владыка, ничья - невеста,
Да, да, без трона и королевства.
Ведь так бывает: родишься где-то,
Глядишь, ошиблась - не та планета.

у меня к нему, знаешь - влечение 
и это, знаешь невыносимо 
это как плыть против течения 
как бежать стометровку без силы 
как курить сигарету, а хочется чая 
как повесится, 
а никто не скучает.

Сама решу.

Как вы уже надоели со своими запретами!
Что мне делать не вам решать;
а я высылала тебе любовь конвертами,
надеясь, что искренне будешь ждать.

А все вокруг только и делают что мешают мне,
пытаются с курса намеченного сбить,
навязывают свои точки зрения:
кого ненавидеть, а кого любить.

А я устала уже ото всех 
и не знаю, как объяснить,
что совсем не нуждаюсь в них
и хочу с тобой рядом быть…

Если влюбился, беги, слышишь, беги!

слушай, нет, со мной тебе делать нечего.
от меня ни добра, ни толку, ни просто ужина –
я всегда несдержанна, заторможенна и простужена.
я всегда поступаю скучно и опрометчиво.

не хочу ни лести давно, ни жалости,
ни мужчин с вином, ни подруг с проблемами.
я воздам тебе и романами, и поэмами,
только не губи себя – уходи, пожалуйста.

эй ты
сколько раз ты говорила,что это последний раз?
эй ты
сколько раз ты говорила,что больше никого к себе не подпустишь?
наплевала ты на свои на слова,наплевала .

Но не надо судить.

Да и кто я такая, чтоб учить вас, как правильно жить?
Я сама в этой жизни, поверьте мне, дров наломала…
Я любила порой тех, кого не должна бы любить…
А того, кто молил о любви – я легко предавала.
Да и кто я такая, чтоб лезть в ваш размеренный быт?
Я порой поступала вразрез с самой жесткой моралью!
Иногда лишь глаза выдавали тревогу и стыд,
Я тогда их скрывала под черной прозрачной вуалью…
Да и кто я такая, чтоб дать вам какой-то совет?
Ведь совет – это исповедь тех, кто нечестен с собою.*
Поживи на земле я, наверно, хоть тысячу лет,
Я все так же спасую за шаг до финального боя.
Да и кто я такая, чтоб ваши заметить грехи?
Или вас осудить, или вам указать на ошибки…
У меня есть работа, гастрит и простые стихи,
У меня нет детей, сбережений и даже улыбки…
Да и кто я такая, чтоб штормом нарушить ваш штиль?
Этой жизни строку я пишу невпопад и неровно...
Что искать мне в глазах ваших самую мелкую пыль?
Мне б из собственных как-то извлечь очевидные бревна!

Дима Олейник.

морщины прорезают лицо
волосы не столь густые как раньше
ты пишешь письмо ей
и она отвечает
"привет Джон, жива здорова
неделю назад схоронила сына второго
три года назад сама умерла
как первого с нами не стало
у меня все хорошо Джон
часто о тебе вспоминаю
приезжай к нам на юг
ты единственный настоящий
друг
ты единственный, кто со мной остался
Джон, у меня зрение падает
быстрее шлюхи с десятого этажа
да Джон, я не отстала от жизни
я по-прежнему живу и жива
друг мой, я помню мы бегали к морю
я помню как срывали цветы здешние
вкусные, нежные
поле пшеничное, солнечные колоски
я вспоминаю себя тогда
и от тоски задыхаюсь
я помню Мы звезды могли руками потрогать
мы небо спокойно наливали в стакан
а помнишь как в сене, в стогах
мы давали волю рукам?
о времена, о нравы, о понятия
из нас искренность лилась будто дожди
и если ты еще читаешь это все
то приходи ко мне. приходи"
_
слезы падают на потертый пиджак
очки снова потеряны где-то
во мне поселилась нужда
и живет под запретом
"дорогая Софи, как не крути
но ты по-прежнему молода
в тебе полно остроты
но беда
в том, что я совершенно ходить не могу
любая прогулка способна сжечь во мне
все мои нервы
Софи, я помню, что был у тебя первым
и забыть этого никак не могу
я помню мятный мед твоих губ
и сладко-лиловый закат на сеновале
дорогая Софи, я безмерно скучаю
и мог бы заказать такси
но с нашей пенсией можно лишь умереть
у меня нет сил, нет сил жить в конуре
где есть только два одеяла кровать да телевизор
Софи, дорогая Софи, я жду еще одного письма
пиши дорогая, пиши"
_

немая сцена на старой веранде
она в тапочках и укрывшись пледом
спешит туда, там где
они провели последнее лето
открывает блокнот и начинает письмо
"Джон, у меня щеки влажные три дня подряд
но это вовсе не вариант приезжать ко мне на такси
я бы тебя попросила в следующий раз писать немного разборчивей
твой почерк до сих пор напоминает заборчик у меня во дворе
я рада, что в твоей голове нас по-прежнему двое
я рада, что мы можем с тобой так спокойно общаться
Джон, мой милый Джон я прошу пообещай мне
что похоронишь меня именно здесь
даже если первым умрешь, мне плевать,
хочу чтоб воскрес и исполнил мою последнюю волю
Джон, милый Джон, я видела сон, будто ты рядом
это так мило и хочется, чтоб наяву
приезжай, без тебя не могу"
письмо ставит точки
Софи смотрит на море
ветер целуют в шею
сзади стоит Джон
Софи оборачивается и в миг хорошеет
тапочки к черту
старость туда же
она бежит к Джону
он будто на свадьбу или похороны наряжен
костюм, бабочка на шею и штук пять в животе
Джон улыбается
Софи добегает
объятия
возможно целует ее, но никто не узнает
что
Джон уже умер лет как 20 назад
Софи вдова, просто сидит и курит свою последнюю сигарету
ночь завершает сутки
Софи завершает себя
закат