до(не)скорого.

накрывает от тысячи встречных "если", 
монотонная боль вбирает,как инкассатор.
моя жизнь - смертельнейшая из болезней.
умирать не страшно.страшнее уже воскреснуть.
уходить не страшно. страшнее, когда оставят
в твоем сердце надежный железный поршень.
говори со мной.говори обо мне 
больше.

и когда ты на расстоянии невытянутых рук
так хватаешься цепко в мои свежие раны,
я не знаю...не знаю, как же тебе намекнуть,
что слова твои - съедают всё, как пираньи,
что молюсь на них,словно святой.проклятье!
потерять не страшно.страшнее не быть утратой.
каждый раз твердить твое имя в одной из молитв.
если ты решил, то давай, не тяни, не томи.
уходи, здесь нечего больше беречь.
так что...всё, милый, до самых.
- до самых нескорых слов, поездов и встреч.

Пора ставить точку, хватит уже многоточий.

девочка, слушай, зачем тебе эти фокусы? ты ведь давно уверена, что не выгорит. 
может быть, стоит последним ночным автобусом, а не скандалить, пока он тебя не выгонит? 

не дожидаться "он все же к весне изменится", не искать по карманам пачки и зажигалки? 
ты так уверена - он никуда не денется. глупая девочка, глупая… очень жалко. 

девочка, знаешь, пора прекращать истерики."хватит, продолжишь завтра - сегодня пятница". 
ты превратишься к осени в неврастеника. или к зиме - здесь, по сути, уже без разницы. 

будешь рыдать, обвиняя весь мир в измене, близких - в предательстве, мир - в недостатке света. 
а все очень просто - когда мы живем не с теми, рано иль поздно разводит пути планета. 

в жизни - увы и ах - тормоза отсутствуют, и до финала не все доберутся в целости… 
он не сможет сказать, что ко мне ничего не чувствует. 
дело даже не в фактах - банально не хватит смелости.

Ну и зачем он нужен

рассказал бы, кто же дал ему это право – сдать в утиль, когда окажется не по нраву ту, которая пропиталась его отравой, у которой пробил броню, саданув под дых? по сердцам пройдет сапогами под крики «браво». хочешь, чтоб заметил? в очередь, третья справа. да, игра с огнем – любимейшая забава для таких, как мы, отчаянно молодых.

не дает обещаний, правду мешает с ложью; отвечает и надменно, и односложно. как смертельный вирус, в генах моих заложен; от него во мне – как токи по проводам. прорастет в меня, поселится мне под кожу, станет тем, что будет в жизни всего дороже, и сказав: «иди-ка лесом, с тобой так сложно», улетит к другим неведомым городам.

написал бы, я без писем ведь как без пищи, пока я в конец не сделалась третьей лишней, пока он у меня в башке, как у йога – Кришна, пока он для меня еще не совсем чужой. не по правилам – вроде прячешься, а не ищут. он меня, мерзавец, верно, совсем не слышит - водит девушек по безлюдным местам и крышам и влюбляет их ампутированной душой.

захочу остаться – смотрит в глаза с укором: мол, ты мой трофей, ты девочка для прикола; это матч, а ты, увы, не прошла отбора, не выдумывай, что бесценна и дорога. он забыть меня планирует очень скоро – эталон пикапа, высшая супершкола. он играет сердцем, будто мячом пейнтбола, улыбается и не чувствует нифига.

Sorry, i can't stay.

он не станет мне ни врагом, ни братом. так зачем писать для него трактаты, заклиная рифмой и кроя матом, препарировать мозг на бис? я хотела стать для него наградой, но таких садисток ему не надо. так и стой под дулом у автомата и попробуй теперь спастись.

если пульс колотит у самых пяток, значит, встреча вряд ли прокатит гладко. я больная взбалмошная фанатка, вроде преданного пажа. эта сила рук, эта злая хватка…поцелует дерзко, обманет сладко – мол, давай с тобой поиграем в прятки да на острие у ножа.

этот взгляд и запах, что башню сносит - я подсела так, что уже не бросить. если снова наши сойдутся оси, мне не выдохнуть «отпусти». я – щенок, лишённый последней кости.
во мне столько страсти и столько злости, что не дай те боже заехать в гости или улицу перейти.

это боль в пропорции с глупым счастьем – хочешь то обнять, то порвать на части.только он к стихам моим безучастен, у него же иммунитет. улыбнётся нежно, обнимет властно – и плевать, что в сердце ножом бесстрастно. я приеду скоро, отвечу «здравствуй»…

дай мне, господи, сдать билет.

Разные.

Ты не свяжешь меня нервами
Ты не сломишь меня фразами
Глупо пробовать быть верными
Чтобы просто не быть грязными

Аккуратно листать прошлое
Неопрятно творя случаи
Очень грустно любить пошлое
Чтобы просто не быть скучными

Не хвались предо мной списками
Не проси понимать разумом
Глупо пробовать быть близкими
Чтобы просто не быть разными

Наивная.

девочка, слушай. слушай. это ломают жизнь. 
ты еще веришь в сказки и хрупкие миражи. 
тянешься, просишь: "ты любишь меня, скажи?", 
голову в плечи втягиваешь, немея: 
вдруг полоснет ответом - хлестнет кнутом, 
что, мол, так часто думаешь не о том, 
что сегодня - о чем-то призрачно-золотом, 
когда он будет рядом, повесив хомут на шею. 

отвечает "да". в нем - три четверти горькой лжи, 
доля дикой усталости: "господи, отвяжись!.." 
и минутная доля, где всё-таки дорожит, 
тем, что кто-то его ставит в первый ряд.

ты смеешься, танцуешь - безумно рада. 
бросив трубку, спешишь примерять наряды...

ты не знаешь, что есть и другая правда, 
о которой так часто просто не говорят. 

Через полгода.

мама, я ощутимо выросла с прошлого декабря 
и ты знаешь, мне больше совсем не хочется умирать 
у меня есть хороший мальчик, к которому иногда приезжаю я, 
и ложусь спать. 
мама, все эти слезы были пустыми. слова - вода. 
все, что я говорила людям о чувствах, спишем на пьяный бред, 
все это просто блажь, мам, все это ерунда, 
я обязательно брошу курить 
и научусь говорить "нет". 
сколько всего прожито, мама, сколько забыто лиц 
сколько чужими стали из тех, кому говорила "родной" 
сколько я видела мертвых собак и замерзающих птиц 
я очень устала, мама. ты знаешь, я просто хочу домой..

Всё будет так, как должно быть.

Ты спросишь, почему такой я стала?
А я отвечу просто: "Это жизнь.
Я ото всех и от всего устала,
Хотя не начинала даже жить."

Ты хочешь знать любила ль я когда-то?
А я отвечу: "Было один раз.
Любовь слепа, и я не виновата,
Что в сердце только пустота сейчас."

Ты думаешь, что мне наверно больно?
Да нет. Я свыклась уж давно.
Со всем смирилась и могу дышать свободно.
Все кончилось. И мне уж все равно.

Люблю свой колодец.

У каждой девочки непременно есть свой бездонный колодец, во тьме которого таится какой-нибудь очередной «он», который не звонит, не приходит, не понимает или еще что-нибудь «не», мучает девочку, болван. Если в колодце никого нет, значит, был совсем недавно и скоро, вот буквально на днях, заведется новый, это, я так понимаю, закон природы: всякая замечательная девочка должна целыми днями пялиться в этот проклятый колодец и мучительно размышлять о поведении его обитателя, забыв, что вокруг, вообще-то, огромный удивительный мир, все чудеса которого, теоретически, к ее услугам. Вернее, были бы к ее услугам, если бы она не воротила нос, бормоча: «Спасибо, не надо», лишь бы отпустили поскорее обратно к колодцу, смотреть в темноту.

Макс Фрай "Одна и та же книга"

И что ж тут скрывать или молчать, я люблю его, это ясно. Люблю, люблю. Это камень на моей шее, я иду с ним на дно, но я люблю этот камень и жить без него не могу.
(Антон Чехов "Вишневый сад")

Попробуем.

берегите любимых. даже если не взаимно, даже если ссоритесь, даже если разные. главное, верить в человека, которому готов отдаться полностью. абсолютно нет разницы, взаимно ли. не пытайтесь разлюбить, ради всех благ, не пытайтесь. как бы больно ни было. поверьте, оно того стоит. делайте для любимых все, все на что только способны. забивайте на гордость, забивайте на свой характер. так же забивайте на их недостатки. прощайте. любите всем сердцем. не предавайте. цените их. лишь они могу сделать вас счастливыми. забивайте на расстояния которые вас разделяют. превращайте в пепел эти проклятые километры. никогда не отпускайте их ни на миг. и если любите, то любите до конца, до последнего вздоха

Мальчик мой.

Столь банально. Но есть такое желание: я хочу смотреть с тобою вместе разные программы по телевизору, лежать на диване в обнимку, уткнувшись в твою грудь. Бегать на кухню и присматривать за ужином. Ругаться и спорить о том, что нам смотреть. Видеть твоё недовольное не выспавшееся лицо с утра. Будить тебя и гнать на работу, а самой лениться вставать. Отбирать телефон твой и читать смс. Не подозревать, а просто ревновать. Я буду ждать тебя уставшего. Без тебя даже не усну. Греться рядом, когда чертовски холодно. 
Но....
Мальчики играют, мужчины строят семью. 

Ты же сильная...

Ты же сильная…Ты все выдержишь…
Белым снегом на землю выпадешь…
Сильным ливнем пройдешь по городу…
Высоко подняв свою голову…
Ты же сильная… Ты все выдержишь…
Все невзгоды и все падения…
Все предательства…Все прощения…
Все, что кинет в лицо сомнение…
Ты же сильная…Ты все выдержишь…
Ты Любовь, как ребенка выносишь…
За нее и примешь боль смертную,
Не погибнешь, не станешь мертвою…
Ты же сильная…Ты все выдержишь…
Ты сама себя убеждаешь…
Ты все вытерпишь…Ты ведь выживешь…
Только сильной быть больно…я знаю...

всё стало серым, каким-то тихим, лишним
как будто, я потерян и меня не ищут
мне не хватает неба, для высоты полётов
мне не хватает снов, людей, друзей, кого-то

Хрустальная.

Я хочу, чтобы вы меня не узнали. В этом строгом платье, на каблуках.
В октябре начнут собираться стаи. И запахнет горечью в небесах.
А пока смотри на мои ладони. И читай по ним. И рисуй на них.
Изо всех истерик и всех агоний у тебя самый резкий удар под дых.

Я хочу тебя встретить. Совсем случайно. И от страха снова забыть слова.
Длинным шлейфом потянутся в небо стаи. Брызнет вниз акварельная синева.
И найдутся ответы на все вопросы, даже те, о которых ты сам не знал.
У тебя предательски нежный голос.
Я должна смириться,
Что он мне лгал. 

Если могла бы, то молчала.

ходишь, ползешь, проплываешь тысячи верст и,
царапая руки, проходишь все эвересты,
взрываешь все танки, осаживаешь все бресты.
и вольтов в тебе давно уже как за двести,
и в глазах твоих - неба вид.
молча движешься и стараешься подытожить:
сможет ли что эту силу во мне уничтожить?
ну и что, что порваны джинсы, что стерта кожа,
что внутри невозможно тесно - ну что же, что же?
как будто других никогда ничего не гложет,
как будто у них не болит.

все истины доступны, необъяснимы. 
если кто порешит замолчать, то и я с ними.
пусть пульс будет ровным твой, взгляд - ясным. И
непременно во что-то верь.
люди были и остаются чистыми, грязными,
черствыми, нервными, трогательными, прекрасными.
старший нас одарил из всех ярчайшими красками
и лучшими из потерь.

Долюбить, дожелать, домечтать, досказать…

Я приеду к тебе. Улыбнутся смущенно вокзалы. 
И рванется навстречу нежданному счастью такси. 
Я приеду к тебе. Я так много еще не сказала. 
Я о стольком еще не успела тебя расспросить. 

Я приеду к тебе. Впереди три часа – это много. 
Три часа – долюбить, дожелать, домечтать, досказать… 
Я приеду к тебе. Будет скатертью падать дорога, 
Будут счастьем светиться смешных светофоров глаза. 

Я приеду к тебе. Будет в небе метаться по следу 
Наших прошлых невстреч сизокрылая птица-беда… 
Успокойся, мой бархатный… Я никогда не приеду. 
В твой бесценный мирок не пустили еще поезда.

Любимых помнят.

Любимых помнят, хоть и предают.
Прости, что я как все, и что устала,
Что вновь хочу создать себе уют
И ждать тебя ночами перестала.
И кто-то незнакомый и чужой
С утра уже спросил: "Ну, как спалось?"…
И голос был не твой, и взгляд…не твой.
И мне как должное принять его пришлось.
Я улыбаюсь. И стараюсь жить,
Влюбляться, забывать, искать другой приют.
Но только слов твоих всё не могу забыть:
"Любимых помнят, хоть и предают…"

Самое лучшее.

Перестань намекать на постель -
Ведь проблем не решают объятьем.
Я сегодня надену Шанель –
Буду
в маленьком 
черном 
платье.
Хватит «гнать» романтичную чушь.
Видишь, лед уже в виски растаял?
Ах, какая нестойкая тушь…
Только плакать у нас – против правил.

Где ты ангелов видел с тату?
С интеллектом таким аморальным?
Так старался, а выбрал не ту…
Что ж бывает… не все идеальны.

Шпилька – больше, чем просто каблук…
Это высь! И стремление к звездам!..
И давай обойдемся без рук,
Ведь – увы – приручать меня поздно…

Лучше битва, чем мир взаперти.
Это тайна всех маленьких женщин:
Из двух зол, что стоят на пути,
Выбрать то, что покажется меньшим.

Стоп! – не чокаясь, выпьем до дна
За любовь! / а сквозь зубы «Проклятье!»…/

Беззащитна. И этим сильна.
В этом 
маленьком 
платье. 

Хочешь сказать совпадение?

она мне звонит обычно подпитая,
когда в ход пошла шестая бутылка водки,
она мне звонит,типа горем убитая.
на звони эти тратит бывает пол-сотки.
_______________
а мне,знаешь,приятно вроде
слышать голос ее под утро.
представлять,что сейчас с ней мы в парке бродим,
думать,что вот-вот достанет из сумочки пудру.
_______________
и я знаю,что в эту субботу(прямо как по расписанию),
в пять утра зазвонит телефон(ровно в 5,никаких опозданий).
после 6 звонка она только очнется,
подумает,"черт,ну когда он проснется?"
___________
а я,знаешь,жениться решил,
хотя мозг мне твердит "ты ее,ну,Алину всю жизнь ведь любил.."
и невеста увидев входящий "Любимая",
скажет "ну давай,вали к ней,она тебе же такая родимая".
________________
телефон будет кинут(звонящим) в стену.
хотя этим не решатся(да точно) проблемы.
а на утро невеста моя проснется,
скажет "все,абонент больше к вам не вернется".

хорошо, когда есть человек, 
к которому на чай и за советом
в 2 часа ночи.
которого ты больше, чем сильно,
а он тебя сильнее, чем очень.

Ничто не вечно.

если нам суждено распроститься – я буду готова. 
что, вполне вероятно – мы оба с тобою безумцы!
приготовь для меня напоследок обидное слово,
чтоб не очень хотелось-то мне, уходя обернуться.

не сердись на такое: не будь я готова к разлукам,
то сидела бы дома одна до скончания века.
черт возьми, ты хоть знаешь какая большая наука - 
отпускать навсегда уходящего прочь человека?!

не ругай меня, слышишь? все это от сильного чувства!
лишь оно-то меня от тоски и унынья спасает.
черт возьми, ты хоть знаешь какое большое искусство?
быть готовой к потерям, но верить, что их не бывает.

(с)Astakhova

Близко.

он приходит, когда вроде уже и не
нужен
когда у тебя экзамены, работа, друзья
когда ты устала, пьяна, простужена
или даже счастлива донельзя.
он приходит, когда не ждешь
(как летний дождь или бабье лето)
и баритоном – то ли шутя, то ли
всерьез
выбивает из-под ног твоих землю.
этот бархатный, с хрипотцой
ты пыталась стереть из кассетной
памяти
запивая слезами, музыкой или вином
не чувствуя в легких воздуха и не спя
ночами.
день за днем, вырывая с-под ребер
ржавую
боль, ты молилась Богу, прося
амнистий,
и молитву свою запоздалую
посылала в небо слезными письмами.
воспоминания – самый жестокий палач
и нет хуже тюрьмы, чем раненая душа
они приходят, а ты снова в плач,
и четвертуешь себя неспеша.
он возвращается, когда ты не ждешь
когда сожжены мосты и придушена
память
он приходит – а ты снова в дрожь
и в обьятья себя бросаешь.
да, он выпьет с тобою чаю или даже
кофе
послушает с полуулыбкой твои
откровенья
а под утро снова станет твоей Голгофой
горькой темой для нового
стихотворенья.
он уйдет, оставив недопитый чай
теплый запах, мятые простыни и
сердечный вакуум
бессонницей боль плеснет через край
но уже не заставит плакать.

у тебя были глаза неповторимого цвета.
и я вообще, если честно, боялась тебя любить.
ты вроде бы был, а вроде был как и не был.
сам решал, когда целовать, а когда уходить.

не звонить. не писать. бить себя по рукам.
от ошибки спасает лишь нулевой баланс.
наизусть 10 цифр - гордости ни на грамм.
убеждая себя, что сегодня в последний раз.

И я знаю ответы на свои вопросы, но не верю им.

— ну, предположим, она проснется и жалобно спросит: «есть ли у меня надежда на счастье?» — что вы ответите?
— конечно же, ничего; ведь она сама знает ответ, как любой человек знает ответы на свои вопросы. в каждом вопросе, как в капсуле, уже заключен ответ. 

Лоренс Даррелл. Бунт Афродиты.

Любят напоминать...

голос по голове, сердце с петель по швам: "я пришёл посмотреть, осталась ли ты жива". новый ремейк такой, ах, Техасской Резни - может быть год назад... но вот сейчас - ни - ни.
болью по голове рыженьким кирпичом: "ты говоришь всегда много и ни о чем". прошлые люди так любят напоминать..."кот стал большой уже... также тесна кровать?"

он по полгода молчит, скрывается, дразнит: "что вы,что вы, не будем портить девочке праздник" я изменилась? возможно.с чего бы начать - когда он звонит совсем не хочется отвечать.

(с) Алена Еруманс

Устала, не верю, не люблю.

мам, если он позвонит, 
скажи что я занята и не подойду к телефону,
скажи что говорить с ним я просто напросто не желаю,
скажи что у нас с ним не одна на двоих дорога
скажи что не надо мне его 
«прости, это в последний раз обещаю».

я так устала от его дурацких выходок,
то заваливается с утра ко мне домой весь прокуренный,
то на рубашке нахожу следы от помады,
мам, так устала терпеть его выходки правда,
что он либо мой, либо вообще его мне не надо.

мам, любовь иссякла и я не желаю продолжения,
мам, если позвонит, скажи что меня нет дома,
я так устала искать себе на задницу приключения,
меня калечит черт возьми каждое его слово.

пусть забудет имя мое и все что со мной связанно,
да хоть разобьет себе голову стеклами/вазами.
я не верю ни единому его слову/обещанию.
пусть он наконец поймет что прощание - это прощание.

Полностью.

Боже мой, да люби ты ее там дальше, мне ли не знать, что да — на таких клюют. она же целует четко, ревет без фальши, под каждым рисунком пишет «люблю. люблю». Боже мой, да люби ты ее там дольше; все в ней — и неизбывность, и красота. а я буду грустный маленький велогонщик и как-нибудь ночью пьяным слечу с моста.

раньше казалось — ты предназначен, знаков; мой самый лучший сон, мой прекрасный бред. а теперь я смотрю на вас и хочу заплакать. и, пожалуй, еще напиться. и не учиться больше справляться с болью, взглядом жечь спину, пуговицы срывать.
знаешь, того, кто это назвал любовью, очень уж остро хочется расстрелять.
ты же умеешь быть для меня бесценным, ты же мне видишься в сотне знакомых лиц, и у тебя всегда под ногами сцена, даже истерики — строго в режиме «блиц». ты же из тех, кто может единым словом заставить взлететь к звезде или рухнуть вниз.
а если ты хочешь знать, как мне тут хреново — вот, почитай стишочек. и умились.

я повзрослею. не разобьюсь на части. спрячу себя под тысячами одежд.
милый мой, славный, будь там с ней очень счастлив.
и не давай мне впредь никаких надежд.

Если бы смог...

как он выгибал спину до ломоты
чтобы просто глянуть, куда ты
направляешься, приоткрывая дверь
заполняя наготой проемы ржавых петель
улыбаясь ему сквозь космы и пряди
он никогда не обнимал тебя сзади
он никогда не варил тебе утренний кофе
не писал стихов, не верил Голгофе
да что там, он даже печатал с ошибками
и что-то неправильное в его улыбке
и что-то неверное в его поставе 
цепануло так, что никто не вправе
судить тебя.
он не был мурашками на твоей коже
не был истомой и нетерпимой дрожью
не был плевком допамина
эфедринов и серотонина
не пробивал тебя током до самой кости
не вошел так, как вбиваются гвозди
он просто был внутри. вглубине
как киты в океанах, как свет в окне
целовал плечи, ладони и лоб
он был твой ангел, твой демон, твой бог.

и простил бы. если только бы смог.